Сейчас на сайте
Акции и события
"На здоровье ребенка экономить нельзя". Как выбрать школьную обувь* Олимпийская чемпионка по фристайлу Алла Цупер откроет развивающий центр в Минске*
Все о детях
Почему ребенок не говорит? 10 причин, о которых вы не задумывались Как понять, что ребенок отстает в развитии. Красные флажки
Это интересно
«Ела килограммами». Многодетная мама открыто рассказывает, как стала «женщиной в теле» "Жили в доме с 15 родственниками мужа". Как белоруска уехала в Нигерию
Спорный вопрос
«У меня в планах отправить дочь на виноградники». Как не воспитать ребенка-нахлебника?
Готовимся к школе
Если 1 сентября навевает тоску. Как адаптировать себя и ребенка к школе Рейтинг школ по результатам ЦТ в 2019 году Продаем старое, покупаем новое. Большой детский маркет пройдет в Минске 24-25 августа
Личный опыт
Учитель, который растит гениальных программистов: "С работой в ИТ сам я опоздал" Как научить ребенка управлять своим временем

Выросла с мамой, которая всю жизнь болела шизофренией: «Меня ставили на гречку перед иконами»

15 июля 2019 года
13

Детство бывает разным, и никто не знает, что происходит за дверями соседской квартиры. Наша читательница поделилась своей историей, которая посвящена матери и ее деспотичному стилю воспитания. Такое поведение было неслучайным – в пожилом возрасте у женщины диагностировали шизофрению, но долгое время в семье никто не предпринимал попыток отправить ее на лечение.
 

Источник фото: pixabay.com
 

Мне 29 лет, у меня есть муж и 9-летний сын. Сейчас в моей жизни все хорошо, у меня есть семья, работа и увлечения. Все это лишь омрачается депрессией, которая связана с прошлым.

Я хочу затронуть редко обсуждаемую в нашем обществе тему: дети, которые выросли в семье с психическим больным человеком. Моя мама болела шизофренией почти всю жизнь, но не получала лечения до 50 лет. Хотя эпизоды и обострения случались регулярно. 



Обычная семья с необычной судьбой

С виду обыкновенная семья: мама, папа и две девчонки с разницей в шесть лет. Старшую звали Светланой, а младшую Еленой (я). Светлана "была ошибкой молодости" моего отца. Ее биологическую мать лишили прав, и мой отец, "благородный рыцарь в доспехах", взял опеку на себя. Затем познакомился с моей биологической матерью, женился. Потом родилась я.

В первые свои 7 лет жизни я не помню ничего негативного. А вот когда пошла в школу, почувствовала насмешливые взгляды детей.

Домой мне нельзя было никого приводить. Дружить тоже ни с кем нельзя. Первый класс мне запомнился тем, что мать меня била кулаком в висок, если я напишу что-то криво (тогда писалось очень много каллиграфических прописей в первых классах). Это происходило каждый день.

Если я напишу какую-то контрольную на 4, мать приходила в школу и била меня перед всем классом. Сами понимаете, как ко мне относились одноклассники. Постоянно угрожала, что побьет или расскажет всем, какая я бездарь.

Дальше насилие становилось жестче

Мать стала испытывать ярость и вспышки агрессии. Естественно, это все выплескивалось на меня. Меня били кожаным ремнем с металлической бляшкой, ставили на гречку и горох на колени перед иконами, просто так, потому что ей захотелось. Отец очень робко пытался меня защищать. Для проформы возмущался и удалялся на диван.

Чуть позже, видимо, случился первый эпизод обострения шизофрении. Моей сестре Светлане на тот момент было около 14 лет, она превращалась из девочки в подростка. Мать заклинило на том, что мой отец совершает развратные действия со своей дочерью и изменяет ей.
 

Источник фото: pixabay.com
 

Светлане доставалось так, что вам и не снилось. Постоянные истерики матери, угрозы, унижения, физическое и психологическое насилие над ней  не прекращались. В 15 лет Светлана ушла жить к бабушке и дедушке по отцовской линии.

Надо сказать, мой отец, сестра матери, бабушки и дедушки не предпринимали никаких попыток лечения, а считали эти выходки "богатой" фантазией моей матери и ревностью. Тирания, контроль, крики - все это объяснялось чертами характера. Отец несколько раз выписывал матери пощечины в ссорах, когда она начинала откровенный бред нести. Но это еще больше укрепляло ее в своих идеях.

Суеверность и набожность

Затем обострение проходило. Начиналась вроде бы обычная жизнь. С истериками, криками, битьем по голове и стоянием на гречке. Без особенных навязчивых идей и бреда. Просто полная суеверность и набожность (это было у матери, сколько ее помню сознательно).

Сестра, конечно же, оставалась проституткой, шалавой, общаться с ней мне было нельзя. Ну, а меня мать всячески ограничивала от внешних контактов, проверяла все вещи, нижнее белье, записи (личный дневник, например). Это все, конечно же, беспардонно читалось, а потом обсуждалось с кем угодно. 

Училась я всегда хорошо, но мне было сказано, что на вуз рассчитывать нельзя, у нас нет денег. Стоит отметить, жили мы всегда очень бедно и просто. Поэтому я решила поступать на бюджет в колледж. Поступила, отучилась. Познакомилась с мужем, вышла замуж и ушла в декрет. Уехала подальше от своей матери. Кажется, вот и конец истории. Но нет. 

Очередное обострение и новая бредовая идея

Вспышки агрессии по отношению ко мне на тот момент прекратились. Родился мой сын. Я не препятствовала редкому общению матери с внуком. И тут снова случилось обострение у матери. Но была уже новая бредовая идея: я и мой муж сексуально насилуем нашего 3-летнего сына.

Мать начала атаковать милицию, писать на нас с мужем заявления в социальную службу, детский сад. Естественно, нашу семью проверяли и милиция, и соцслужба. Все хорошо, конечно же, ничего не нашли. Состава преступления нет.

Но моя мать не успокаивалась, она продолжала доставать участкового и различные отделы милиции, соцработников. Они быстро поняли, что имеют дело с психически больным человеком, и слали сплошные отписки.

Бабушка выламывала двери в квартире

Стоит ли говорить, что мой сын испытывал стресс, когда приходили тети и дяди в форме, задавали ему вопросы... Бабушка бросалась в истерики. Выламывала двери в нашей квартире. При очередной такой попытке и агрессивном нападении моей матери я вызвала санитаров, описав ситуацию, они выехали, но моя мать, услышав звук сирен, убежала и спряталась.

Встал вопрос, что делать с мамой. Мы уговаривали ее пойти лечиться, но в обострении она не слушала ни о какой консультации. Полный неадекват, критического мышления - ноль. А принудительного лечения у нас нет, только если человек сам явится к врачу.

Отец не хотел ходить к психиатру, просто сказал: "Разбирайтесь сами". Тогда я пошла к врачу сама, и многое вынесла из той беседы. Мы приняли решение спасать ребенка от психических травм. Бросили все (работу, сад, жилье) и переехали в другой город, чтобы мать даже адреса не знала. Так и было долгое время. Мы обосновались в другом городе. 

Чуть позже начались звонки родственниц матери, они давили на совесть, мол, как можно так с ней поступать, эта женщина тебя вырастила, выкормила, а ты с ней не общаешься. Но я не сдавалась и прекратила с ней полностью общение. После той боли, что жила в моем сердце, и стресса я не хотела ни слышать, не видеть ее.

Но  "добрые" родственники дали адрес моей матери. В очередное обострение мы снова почувствовали с мужем и сыном всю "ее любовь". Опять переехали, сменили номера, адреса, к тому моменту уже школу у ребенка.
 

Источник фото: pixabay.com

Болезнь захватила маму

Прошло 2 года. Позвонил отец. Он сказал, что мать лежит в РНПЦ в Новинках. Она стала разговаривать сама с собой, ей пели ангелы и голоса, она начала закрывать и открывать порталы, ее захватили галлюцинации и сверхценные идеи. В общем, это совсем другая история - история болезни. 

Моя же история о бесхребетности, безразличии отца и родственников и двух душах, которые оказались в западне. На которых вымещалось все. Вся болезнь. 

Сейчас повзрослевшими глазами я вспоминаю прошлое и удивляюсь, насколько люди не хотели брать ответственность за происходящее. Не знаю, как мой отец и другие родственники должны были поступить тогда, но явно не оставлять детей один на один на растерзание матери в периоды обострений. Думаю, что если бы раньше начали лечение, это и для нее было бы лучше.

Даже когда мать попала в РНПЦ, догадайтесь, кто навещал ее, привозил лекарства, одежду покупал, продукты и разговаривал с врачами. Все исчезли, включая отца. Я понимаю, кто везет - на том и едут. Но мне просто было ее жалко. Это же не собака. А человек со своими правами, и бросить вот так ее как растение я не могла. Взяла на себя ответственность за нее. Очень благодарна своему мужу за то, что  не сбежал, а поддержал меня и нашу с ним семью в трудной ситуации.

Мне бы очень хотелось, чтобы читатели не оставались равнодушными к другим людям. К детям. Замечая такие ситуации, не оставайтесь в стороне. И хочу приободрить детей (взрослых, остающихся в душе детьми) в похожих ситуациях: вы не одиноки. Не надо бояться осуждения общества. И нужно суметь прожить свою жизнь, пройти свой уникальный путь, несмотря на ужасы детства.

Если вы хотите поделиться своей историей о наболевшем, пишите нам на editor@rebenok.by

Присоединяйтесь к нам на канале Яндекс.Дзен.


Обсуждают сейчас